базовый принцип политкорректных решений внутриполитических противоречий в Америке . В комментах к предшествующему сообщению этого дневника возникла дискуссия о том, почему сведениями об этническом или религиозном составе квартала, городка или деревушки не этично интересоваться у местного риелтера, хотя казалось бы кого еще и спрашивать? Он то уж ведь заведомо лучше многих знает подведомственные ему дома - со всеми их обитателями - что называется наскрозь и глыбже. И тем ни менее, нет - не хорошо его про то спрашивать. В дискусси по приведенной выще ссылке пытался пояснить почему так. Во всех отношениях правильнее было бы разузнать эту сторону жизни поселка, интересующего потенциального покупателя дома, заранее - из других источников - еще до первого контакта с риелтером данной местности, и соответственно воздерживаться от попыток бесед с ним по данной (в политкорректном отношении крайне для него щекотливой) темы. В этой связи припомнилось, что есть и масса других примеров точно такого же "информационного ограничения" в общении людей, самым строгим образом узаконенных в стране казалось бы самой безграничной - в том числе и по базовым её конституционным принципамм - "свободы слова". Например, при Клинтоне в войсках был принят принцип запрещения вопросов про сексуальную ориентацию военнослужащих. До того сексуальные меньшинства не могли служить в армии США. Тому было много с очевидностью для военных, на том упорно долгие годы стоявших, серьезных причин. В памятные 90-е годы Клинтон лихо разрубил тот исторический узел давно набухавших противоречий - между военным руководством страны и активистами либерального фланга политического спектра Америки - самым простым, как видимо он полагал, образом. Приказом Главнокомандующего, коим он тогда как Президент являлся, ввел в армии принцип: " don't ask - don't tell " Что это значит в армейских условиях: 1. Никто не имеет права спрашивать военнослужащего про то какой он "ориентации"; 2. В случае, если военнослужащий, которого никто " про это " не спрашивал, сам почему-либо начинает публично демонстрировать свои "склонности", то его именно за это тогда (за рекламу такого своего "образа", а не за то, кем он является) из армии, увольняют. Иными словами, панацеей от дальнейшего развития - провоцирования - самых разных типов социальных напряжений в стране избран был по сути один и тот же - к разным ситуациям одинаково казалось что успешно прилагаемый - принцип " don't ask - don't tell ". Все еще нельзя сказать, что он не работает. Более того. Можно даже наверное напомнить и почему в основном все-таки работает. " Вначале было слово ... " In the beginning was the word And the word was with God And the word was God Однако затем, как оно часто в межпартийных противоречиях бывает, берется верный в основном принцип и гипертрофируется затем уже до полного абсурда. Именно при чем так: " редукцио-эд-абсурдум ". Все тот же принцип - внутриполитически в основном следет признать что покамест относительно неплохо работающий - попытались либералы перенести во внешнеполитическую сферу и при том к тому же в "ополовиненной" его форме. Как в детской считалке: да и нет не говорите, черный с белым не берите,... Нет в мире "исламского терроризма" (во всяком случае неполиткорректно употреблять этот термин - don't ask ), а есть "групприровки", "военизированные формирования", "боевики", ... "борцы за свободу" - ХАМАС, Хезбола, ... и т.д. Но и однако даже когда эти самый "группировки" и пр. "боевики" (на все том же либеральном, если его продолжать употреблять, слэнге) демонстрируют что они очень даже do tell свою террористическую "ориентацию": взрывами автобусов, кафе и дискотек, иностранных посольств, захватом авиалайнеров, и т.д., то и в этом случае либеральные медиа продолжают нкастаивать: don't ask . Безотносительно к тому отношению, которое разные люди испытывают к клинтоновским и иным вариантам внутриполитических приложений вышепомянутого принципа " don't ask - don't tell ", cледовало бы наверное ясно понимать то, как и почему он не работает - и более того не может в сложившихся условиях работать - во внешней политике.