Григорий Громов (![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} abcdefgh) wrote,@ 2003-05-14 05:39:00 |
|
"Злоумышленник" - в цехе окончательной сборки - А. П. Чехов.
Это был первый самолет, который увидел сблизи - во всех его деталях сразу - на сборочных стапелях. Работал на том заводе - когда учился на первом курсе авиаинститута - слесарем в цехе окончательной сборки. Когда пришел в тот цех учеником слесаря, то и приставлен был к одному из старейших на стапелях спецов этого дела. Наша с ним задача была - сборка оборудования внутри мотогондолы, где движок под крылом сидит. Ни до чего внутри там не дотянешься и не видать потому обычно чего и как крутишь. Специальные к тому коленчатые ключи и пр. оснастка. Так вот в первый же день дал мне учитель задание - сиди и метчиком прорезай корончатые гайки. Сижу - кручу метчиком те гайки... А он берет их у меня и крепит уже ими - там внутри мотогондолы - всякое оборудование, которым движок обставлен. Работаю значит.
Тружусь с полным, как тогда и положено было, сознанием значительности исполняемой в техпроцессе своей лично к тому функции: "Радуюсь я - это мой труд вливается в труд моей республики..."" (c). Вдруг cлесарь-учитель больно меня толкает в бок локтем - стоп. Ты че, говорит, не видишь - военпред идет. Когда он ходит, ты не нарезай эти гайки. При нем - не надо....
Тут тока до меня дошло - чем занимаюсь. Это была такая специальная - самофиксирующаяся - гайка. Мало того, что она корончатая - с распилом верхней ее упругой кромки, которая врезается в болт при закручивании и препятствует таким образом потом ее свободному отворачиванию в условиях вибрации работающего двигателя. Акромя того, вся ее внутренняя резьба залита была фиброй. То есть, когда закручиваешь эту гайку на болт, то он всоей резьбой прорезает фибру и заклинивает таким образом возможность ее самоотворачивания.
Это все конечно хорошо конструктора придумали, но ... технологически процесс сборки продуман видимо как надо - в то время всяко еще - не был. Закрутить такую гайку в невидимой слесарю снутря всего оборудования мотогондолы ее позиции, да еще и без прямого туда руке даже доступа - крутил потому коленчатым ключом - было крайне трудно. Сколько он таких гаек мог закрутить за смену? А работа сдельная.
И наконец до того, как ее закручивать, любую гайку как известно еще наживить надо - одеть хоть на полвитка - на болт. А как это там сделать, если у нее нет этих полвитка - все залито фиброй? Самый страшный звук, который когда-то в то время слышал - это шелест падающей внутри мотогондолы гайки. При попытке ее наживить на болт она вдруг соскочила и упала куда-то. Оставить ее там где-то не пойми где нельзя, но и найти почти невозможно в том хитросплетении патрубков и приборов вокруг движка. Не просунешься туда и не увидеть ее никак тоже. Специальные приспособления гинекологической природы к тому изобретались в цеху для поиска и извлечения таких гаек потерянных.
Вот потому слесарь - тот мой учитель каторый был - и шел на прямое нарушение техпроцесса: разрушал метчиком все по сути, что должно было - по задумке конструктора - контрить ту гайку. Высказал ему свое однако и опасения тогда, как понял, чем он меня заниматься посадил: отвернется же гайка вдруг если в полете - что тогда? Он махнул рукой - не отвернется. Фибра - ее остатки внутри гайки - распухнет от влаги атмосферной и все равно контрить будет, да и корончатый распил тоже не целиком метчиком срезается. Удержат гайку - уверенно заключил так. Потом видит, что смотрю на него недоверчиво, и добавил. Видел бы ты как мы в войну Ил-2 собирали: по обшивке рукой проведешь - заклепки сыплются ...
Наверное, он прав все-таки был в своей уверенности относительно неисчерпаемых запасах прочности отечественных конструкций - до сих пор летают. Вот лентару пишет что до Индийского океана на днях опять долетели. Вполне может быть, что и те самые гайки, но и уж точно на том самом - написано так было - что самолете. Летают.
Это был первый самолет, который увидел сблизи - во всех его деталях сразу - на сборочных стапелях. Работал на том заводе - когда учился на первом курсе авиаинститута - слесарем в цехе окончательной сборки. Когда пришел в тот цех учеником слесаря, то и приставлен был к одному из старейших на стапелях спецов этого дела. Наша с ним задача была - сборка оборудования внутри мотогондолы, где движок под крылом сидит. Ни до чего внутри там не дотянешься и не видать потому обычно чего и как крутишь. Специальные к тому коленчатые ключи и пр. оснастка. Так вот в первый же день дал мне учитель задание - сиди и метчиком прорезай корончатые гайки. Сижу - кручу метчиком те гайки... А он берет их у меня и крепит уже ими - там внутри мотогондолы - всякое оборудование, которым движок обставлен. Работаю значит.
Тружусь с полным, как тогда и положено было, сознанием значительности исполняемой в техпроцессе своей лично к тому функции: "Радуюсь я - это мой труд вливается в труд моей республики..."" (c). Вдруг cлесарь-учитель больно меня толкает в бок локтем - стоп. Ты че, говорит, не видишь - военпред идет. Когда он ходит, ты не нарезай эти гайки. При нем - не надо....
Тут тока до меня дошло - чем занимаюсь. Это была такая специальная - самофиксирующаяся - гайка. Мало того, что она корончатая - с распилом верхней ее упругой кромки, которая врезается в болт при закручивании и препятствует таким образом потом ее свободному отворачиванию в условиях вибрации работающего двигателя. Акромя того, вся ее внутренняя резьба залита была фиброй. То есть, когда закручиваешь эту гайку на болт, то он всоей резьбой прорезает фибру и заклинивает таким образом возможность ее самоотворачивания.
Это все конечно хорошо конструктора придумали, но ... технологически процесс сборки продуман видимо как надо - в то время всяко еще - не был. Закрутить такую гайку в невидимой слесарю снутря всего оборудования мотогондолы ее позиции, да еще и без прямого туда руке даже доступа - крутил потому коленчатым ключом - было крайне трудно. Сколько он таких гаек мог закрутить за смену? А работа сдельная.
И наконец до того, как ее закручивать, любую гайку как известно еще наживить надо - одеть хоть на полвитка - на болт. А как это там сделать, если у нее нет этих полвитка - все залито фиброй? Самый страшный звук, который когда-то в то время слышал - это шелест падающей внутри мотогондолы гайки. При попытке ее наживить на болт она вдруг соскочила и упала куда-то. Оставить ее там где-то не пойми где нельзя, но и найти почти невозможно в том хитросплетении патрубков и приборов вокруг движка. Не просунешься туда и не увидеть ее никак тоже. Специальные приспособления гинекологической природы к тому изобретались в цеху для поиска и извлечения таких гаек потерянных.
Вот потому слесарь - тот мой учитель каторый был - и шел на прямое нарушение техпроцесса: разрушал метчиком все по сути, что должно было - по задумке конструктора - контрить ту гайку. Высказал ему свое однако и опасения тогда, как понял, чем он меня заниматься посадил: отвернется же гайка вдруг если в полете - что тогда? Он махнул рукой - не отвернется. Фибра - ее остатки внутри гайки - распухнет от влаги атмосферной и все равно контрить будет, да и корончатый распил тоже не целиком метчиком срезается. Удержат гайку - уверенно заключил так. Потом видит, что смотрю на него недоверчиво, и добавил. Видел бы ты как мы в войну Ил-2 собирали: по обшивке рукой проведешь - заклепки сыплются ...
Наверное, он прав все-таки был в своей уверенности относительно неисчерпаемых запасах прочности отечественных конструкций - до сих пор летают. Вот лентару пишет что до Индийского океана на днях опять долетели. Вполне может быть, что и те самые гайки, но и уж точно на том самом - написано так было - что самолете. Летают.
- — Да пойми же, гайками прикрепляется рельса к шпалам!
— Это мы понимаем... Мы ведь не все отвинчиваем... оставляем... Не без ума делаем... понимаем...
(с) А.Чехов. 1885 год
